Краснодар

Антисемитские и ксенофобские мифы в СССР

Оригинал взят у uehlsh в Антисемитские и ксенофобские мифы в СССР
Этнонационализм (русский национализм в СССР) был достаточно широко распространенным явлением. Однако организованные, хотя и довольно аморфные, формы он принял только в 1960-е годы – как движение русских националистов. Основными создателями движения стали сотрудники партийно-государственного аппарата, а также представители творческой интеллигенции. М. Восленский считает причиной массового распространения ксенофобии и антисемитизма в партийно-государственном аппарате выдвижение на первые роли маскирующихся под представителей рабочего класса и крестьянства членов уничтожаемых социальных групп (кулаков и мещан), среди которых такие настроения были весьма сильны.
Сильной стороной мифотворчества в среде советских чиновников – в частности, среди тех, которые приняли участие в формировании движения русских националистов, - был его исключительно устный характер. При подобной передаче мифа одновременно происходили кристаллизация «авантекста» (базовой формулы мифа) в четкую и простую, лишенную ненужных подробностей схему и адаптация его к новым реалиям. В результате появился очень живой, как принято именовать в фольклористике, «ойкотекст» (вариант легенды, действующий в данное время и в данном месте), при помощи которого можно было объяснить и систематизировать любое явление или событие – от международных переговоров до бытовых конфликтов. Аналогичным образом строилось  и такое явление вербальной культуры, как советский политический анекдот. Многие анекдоты существовали десятилетиями, и рассказчик только менял имена действующих персонажей на актуальные. Недаром для участников движения русских националистов набор антисемитских анекдотов зачастую служил паролем в незнакомой среде. По отношению слушателей к рассказанным анекдотам определялась их позиция по отношению к этнонациалистической идеологии вообще, и если реакция была негативной, инцидент всегда было можно изобразить как неудачную шутку. Однако в целом антисемитский или антикавказский анекдот был лишь иллюстрацией к набору базовых мифов. Было бы большой натяжкой утверждать, что этническая ксенофобия была свойственна только партийному аппарату и, шире, - советской элите. Другие слои советского общества также  отражали ксенофобские взгляды. С 1953 по 1987г было арестовано 92 человека за этнонационалистические акции.
«Народный национализм» при ближайшем рассмотрении оказывается весьма бледным и примитивным переложением мифов и легенд, существующих в элите. Основной миф русских националистов в партийно-государственном аппарате, переданный движению русских националистов, выглядит так: все евреи (вместо слова «еврей» часто использовался эвфемизмы «сионист» или «троцкист») – заодно, они склонны к заговорам, обладают общими качествами (как правило, негативными), связаны круговой порукой и помогают своим по крови. При этом они сами ничего полезного не производят, а «едят русский хлеб». Они не любят русских, государство, к котором живут, и склонны к предательству, зачастую с помощью или по просьбе своих родственников на Западе. При случае они готовы бежать за границу со всем накопленным в России богатством. Большая часть этого мифа, безусловно, носит дореволюционный характер (например, идея о евреях как о потенциальных предателях, вынудила царское правительство в Первую мировую войну переселить несколько сот тысяч человек из Черты Оседлости в центральную Россию, однако при его реанимации в политической элите в 1930-40-х годах он претерпел существенную трансформацию. Важным отличием советского основного мифа от дореволюционного была его расистская подоплека. Если до революции еврейство определялось по религиозному признаку, то в атеистическом СССР евреи и еврейство стали происходить по расистскому «принципу крови».  Для желающих видеть себя русскими в глазах окружающих, надо было иметь не только правильную запись в пятом пункте паспорта, но и иметь форму лица, имя и отчество, акцент и бытовые привычки. Еще более значительная трансформация произошла в отношении кавказцев, особенно представителей христианских народов этого региона – грузин, армян, осетин. Среди русских националистов полностью исчезает дореволюционное положительное отношение к «православным братьям», зато появляется устойчивое недовольство всеми «черными», и в  первую очередь грузинами. На них практически полностью переносятся все отрицательные качества, в которых обвиняют евреев, за исключением скупости и потенциальной готовности к предательству иностранному врагу. Движение русских националистов со второй половины 1950-х  до середины 1970-х не видело в них врагов. Миф о кавказцах в 1950-1980-е годы претерпел определенную эволюцию. В первой половине 1950-х годов – когда Сталин, Берия, Микоян входили в Политбюро – кавказцев обвиняли (как правило, вместе с евреями) в захвате политической власти в стране и эксплуатации русского народа. Писатель К. Симонов вспоминал, что еще в 1933 среди учащихся его ФЗУ распространялась листовка «И заспорили славяне, кому править на Руси», на которой на одном берегу реки были изображены Троцкий, Каменев, Зиновьев, а на другом Сталин, Енукидзе, Микоян (или Орджоникидзе). Позднее, например, в 1947-52 в Ленинграде один из членов КПСС занимался рассылкой писем, в которых писал, что «русский народ в СССР находится в угнетенном состоянии, что на многих участках господствуют евреи, союз палачей с Кавказа и жидов стал поработителем русских, крестьянин ободран как липка палачами и т.д.».
В Романе В. Иванова эта идея изложена в виде истории о мошеннике «князе Цинандальском», влюбившем в себя желающую «красивой» жизни русскую Дуню и безбожно вымогавшем у нее деньги.
 
По итогам всего исследования антигрузинские выступления составили 18%, а антисемитские 35% от общего числа дел (92). Однако если установим планку на середине 1954 года (когда Сталин и Берия ушли в прошлое) количество зафиксированных  антисемитских и антигрузинских выступлений оказывается одинаковым - по 12 случаев, в то время как все выступления в адрес остальных народов составляли не более 11 случаев. С 1954 г после исчезновения из власти и памяти советского социума всех руководителей – грузин, сознание русских националистов занимают в основном евреи.
В 1970-е годы идея эксплуатации русских кавказцами ( и в первую очередь грузинами) вновь оказалась востребована русскими националистами. Поскольку большие северные зарплаты тратились на колхозных рынках на столь необходимые жителям Русского Севера и Сибири витамины, привезенные из Грузии и Азербайджана, а шабашники с Кавказа вели сезонное строительство в обезлюдевших деревнях Нечерноземья, зарабатывая на этом огромные по советским меркам деньги, писатели-«деревенщики» обвиняли кавказцев в спекуляции. (Белов «Кануны, Астафьев «Ловля пескарей в Грузии).
Однако основным мифом для русских националистов мифом остался антисемитский. Книги Иванова и Шевцова, написанные в начале 1950-х, наглядно иллюстрируют его, хотя были изданы уже после реабилитации «врачей-убийц». В обеих книгах основной герой, молодой русский с фронтовым опытом, ведет борьбу с группой немолодых, осторожных и, естественно, невоевавших евреев. Из очевидных цензурных соображений в каждом из романов выведено по одному периферийному положительному персонажу – еврею. И.Шевцов, в интервью открыто признал это. «Я его как громоотвод взял», - говорит он по поводу фигурировавшего в «Тле» молодого скульптора Якова Канцеля», перееханного машиной за отказ сотрудничать с космополитами».
Основой сюжета романа «желтый металл» В.Иванова (инспектора-ревизора по профессии): создание евреями системы хищений золота с сибирских золотых приисков и перепродажа его за границу. В качестве негативных героев выступают также грузины, староверы, татары, каджары,малороссийский кулак и русские алкоголики.
Армейский журналист Шевцов в романе «Тля» выразил точку зрения на процессы, происходившие в искусстве. Молодые и немногочисленные русские художники-реалисты, противостоят опытным художественным критикам- евреям, симпатизирующим абстрактному искусству. Главный авторитет для евреев – художник Барселонский (пародия на И. Эренбурга), связанный с заграницей и некоторыми покровительствующими ему чиновниками. Вместе они организуют травлю русских реалистов.
Легенда о «кремлевских женах». Суть легенды состояла в том, что, хотя благодаря Сталину евреев в аппарате власти, особенно в высших эшелонах, не осталось (некоторые считали тех или иных высших чиновников «скрытыми евреями» - но это уже был аппаратный «экстремизм»), «сионисты» по прежнему «проводят свою политику» через жен членов Политбюро (в первую очередь Брежнева). Поскольку по кремлевскому этикету информация о личной жизни вождей всячески скрывалась, «специалисты» строили догадки об этническом происхождении супруг руководства страны на основе имен (как однозначно еврейское рассматривалось, например, имя супруги Брежнева Виктории Петровны) или внешнего вида.
Именно легендой о «кремлевских женах» объяснялось непостижимое для этнонационалистов безразличие многих высших чиновников к идеям русского национализма. И именно поэтому «шовинист» (по утверждению А.Микояна) В. Молотов, женатый на известной государственной деятельнице еврейского происхождения П. Жемчужиной, в 1970-е годы считался в пантеоне этнонационалистов фигурой, на порядок более уважаемой, чем Л. Брежнев или М. Суслов, еврейское происхождение жен, которых обсуждалось, но никакими авторитетными источниками доказано не было.
Первое упоминание этой легенды относится к марту 1953г. Некто Н.И. Слезкин, русский, член КПСС, управляющий областным спиртовым трестом, проходивший по делу об антисоветской пропаганде и агитации написал в своем дневнике:
«Всех евреев надо выселять из СССР», не любил Молотова «за  то, что Жемчужная была женой его, она пыталась сделать покушение на тов. Сталина, что было разоблачено. Политика евреев сводится к тому, что пролезть в правительство, путем даже выхода замуж за члена правительства, а затем совершать свои дела».
Итак, уже на исходе  сталинской эры легенда о «кремлевских женах» уже была достаточно широко распространена, чтобы овладеть мыслями члена провинциальной элиты. В книге Шевцова легенда о «кремлевских женах»  (без употребления этого термина) была использована трижды. Положительным героям предлагалось жениться на отрицательных персонажах – еврейках. И в тот единственный раз, когда это удалось, положительный,  но слабовольный герой «испортился» и стал «проводить линию» своей жены и ее родственников. Если верно утверждение автора, что роман был написан около 1952 г, и если основные сюжетные линии действительно не изменялись при последующих переизданиях, то миф о «кремлевских» женах, возможно, сформировался в 1940-х годах. Несомненно, лишь, что И. Шевцов был знаком с ним. В своих воспоминаниях он рассказывает о встрече с писателем С.Н. Сергеевым-Ценским в 1958г, на которой обсуждалась эта тема. И. Шевцов произносил такие речи: «Институт еврейских жен – это одна из стратегий сионистов. Такое положение не только в искусстве и литературе, но и в высших сферах власти». В воспоминаниях В. Ганичева, относящихся к его работе в  журнале «Молодая Гвардия» в середине 1960-х годов есть признание, что главный редактор этого журнала А. Никонов давал ему ознакомиться со списками «кремлевских жен». Это означает, что развитие легенды в это время зашло уже настолько далеко, что перешло с вербального на письменный уровень. Один из наиболее активных русских националистов С. Семанов занимался составлением списка «кремлевских жен» во второй половине 1960-х голов. Копия его списка с фамилиями «кремлевских жен» и раскрытыми псевдонимами руководителей РКП (б) -ВКП(б) 1920-1930-х голов имеется в архиве Н. Митрохина.
Идея о злокозненном влиянии жен –евреек (реальных или мифических) – а затем и зятьев-евреев и невесток-евреев – на общественно-политические взгляды этнически чистых в глазах русских националистов людей использовалась достаточно широко и в дальнейшем.
Оборотной стороной этой легенды были фрейдистские мотивы в творчестве самих русских националистов. Практически во всех произведениях, написанных в 1950-х начале 1980-х голов, присутствует тема либо русско-еврейского соперничества за русскую женщину, либо русской жены-жертвы у отрицательного персонажа еврея. В романе И. Шевцова это соперничество составляет одну из центральных линий повествования. Аналогичные наблюдения делает и М. Каганская, описывая научно-фантастическую литературу русских националистов 1970-х начало 1980-х голов. Сексуальное соперничество между русскими и представителями других этносов вообще является постоянной темой работ русских националистов, начиная с В.Иванова, у которого этот сюжет был выражен настолько четко, что даже привлек внимание работников ЦК КПСС.
Легенда о «ташкентском фронте».  Суть легенды: пока все народы СССР, и в первую очередь русские, воевали с фашистами, евреи отсиживались в тылу, занимали все «теплые местечки». Смысл легенды в том, что евреи спаслись только благодаря русским и потому, во-первых, должны быть им вовек благодарны, а во-вторых, русских (то есть, в первую очередь, русских националистов) поэтому нельзя называть «антисемитами» и» фашистами» (то есть однозначно «плохими людьми» в понимании советского человека).
Легенда о «ташкентском фронте» была распространена в ССР очень широко и далеко не только в среде партийно-государственного аппарата. Вероятнее всего, она возникла не в аппарате власти, хотя та, со своей стороны, очень много сделала для ее формирования. Подоплека ее была такова: при стремительном наступлении немецких войск летом 1941г первыми эвакуировались городские жители, примерно половину,  которых в украинских, белорусских и молдавских городах составляли евреи. В местах эвакуации приют голодным, бедным и обремененным детьми беженцам заставили оказывать столь же нищее и полуголодное население, и так работающее день и ночь. Плохо говорящие по-русски, с заметными «местечковыми» привычками, евреи – беженцы выделялись среди городского населения Урала, Сибири и Центральной Азии. Поэтому в азиатской части РСФСР и в городах центрально-азиатских республик, заселенных в тот период в значительной степени представителями славянских народов, их появление вызвало довольно резкую негативную реакцию. Кроме того оказавшись в эвакуации на 2-3 месяца раньше, чем жители Центральной России, украинские, белорусские и молдавские евреи успели занять и имеющиеся вакантные рабочие места, и пустовавшие помещения. Следющие волны беженцев (преимущественно русских и восточных украинцев) попадали в гораздо более худшие в плане работы и жилья условия, что также вызывало приступы антисемитизма.
Широкое распространение антисемитских настроений в тылу и, через новые пополнения и излечившихся солдат, в действующей армии привело к образованию устойчивой и по сей день легенды о «ташкентском фронте». Власти, со своей стороны, всячески замалчивали роль евреев в войне, несмотря на то, что по многим позициям (кол-ву награжденных, кол-ву Героев СС, количеству генералов) евреи (не считая ассимилировавшихся) занимали – в довольно странном соревновании о коллективном вкладе в Победу по этническому признаку – четвертое место среди всех народов СССР.
Русские националисты весьма активно использовали легенду о «ташкентском фронте». Уже в романе И.Шевцова есть фраза одного персонажа-еврея, обращенная к другому: «Ты, Боря, в Ташкенте воевал». В. Иванов пошел существенно дальше и обвинил евреев, поголовно, по его сюжету, скрывавшихся  от войны в тылу и занимавшихся нелегальной коммерческой деятельностью, в создании агентурной сети, работавшей на фашистов.  Будучи раскрытыми, они якобы сумели купить себе свободу, заплатив кому-то из окружения Берии.
В дальнейшем участники движения русских националистов использовали легенды о «ташкентском фронте» для отрицания фактов антисемитизма в СССР и тем самым дезавуировали обвинения в свой адрес. При этом сознательно допускалась  передержка. Советская армия оказывалась спасителем евреев, хотя очевидно, что подобной цели ни в какой момент она перед собой не ставила, а защищала территориальную целостность и социалистическое Отечество. Например, участник движения русских националистов поэт Н. Старшинов так опровергает Е. Евтушенко «И это пишется о той армии. Которая на три четверти состояла из русских солдат, которая спасла евреев от полного уничтожения их гитлеровцами»/
Легенда о псевдонимах. Суть легенды: евреи прибегают к нечестной игре. Принимая русские фамилии или нейтральные псевдонимы, чтобы проталкивать свои идеи. Если бы они не брали псевдонимы, то «русские люди» знали бы, от кого что исходит.
 
Легенда о псевдонимах имеет под собой реальную основу и восходит к концу 1930-х годов, когда работавших в центральных СМИ журналистов – евреев заставили взять русские псевдонимы. Во второй половине 1940-х  - начале 1950-х годов одновременно с кампанией по разоблачению псевдонимов в литратурной среде все большее кол-во евреев, работавших в различных сферах. Вынуждено было брать псевдонимы или менять фамилию себе и своим детям на нейтральные или славянские. Особенно это касалось семей ассимилированных или стремящихся к этому, ведь от «правильной» фамилии зависела возможность сохранения престижного места работы, учеба в вузе, позднее – поездки за границу.
Легенда о псевдонимах позволила участникам движения русских националистов обвинить любого человека (как правило, за глаза) в том, что он является «скрытым» евреем. И толковать его фамилию с «еврейским» оттенком (например, гл. архитектора Москвы М. Посохина называли «Пейсохиным»).
Легенда о врачах – убийцах (об отравлении Сталина). Суть ее: повторение пропагандистских установок периода «дела врачей» с экстраполяцией на смерть Сталина. Для массового сознания публичное заявление о невиновности врачей и отмена награждения их руководителя поставили точку в этой истории. Однако среди части убежденных русских националистов легенда продолжала жить. Причем она проделала трансформацию – акцент был перенесен со смерти малопопулярных Жданова и Щербакова на насильственную смерть кумира большинства русских националистов Сталина.
Во второй половине 60-х, после резкого усиления в движении русских националистов антикоммунистической и промонархической фракции. Появились новые легенды.
Легенда о евреях – революционерах. Суть ее: революция в СССР была подготовлена и реализована евреями – революционерами, которые в силу  своих мистических и корыстных интересов были заинтересованы в уничтожении России и русской культуры. Смысл легенды: вся ответственность за негативные и кровавые моменты революции перекладывались на евреев. А русский народ оказывался в роли заложников и невинной и обманутой жертвы.
Легенда о евреях – революционерах была позаимствована из эмигрантской литературы 1930-х годов и отчасти их нацисткой пропаганды. Литературу – например, работу А. Дикого – «Евреи в СССР» активно ввозил в СССР с Запада проповедник православных и монархических взглядов художник И. Глазунов, а затем и его окружение. Другим источником заимствования стали бывшие эмигранты, разными путями оказавшиеся в СССР и после 1955г постепенно выходившие на свободу, - например, В.Шульгин, ставший в 1960-70годы объектом паломничества со стороны участников движения русских националистов, или лидер «младороссов» А. Казем-Бек, добровольно вернувшийся в СССР в 1948г и долгое время проработавший в редакции «журнала Московской патриархии». Нацистские источники в библиотеках штудировали молодые ученые (С. Семанов и В. Скурлатов).
Помимо мифа о евреях в среде русских националистов существовали и мифы, не имевшие отношения к еврейской проблематике – например, расистский миф о русском государстве.  Его суть в том, что СССР является законным наследником Российской империи – государства, созданного этническим русскими и для этнически русских.  Смысл мифа: только этнически русские имеют право руководить этим государством в настоящее время. Они должны составлять. Как минимум, "квалифицированное большинство» во всех престижных сферах (управление, оборона, торговля, наука). В каждом конкретном случае. Когда возникает альтернатива – занимать престижный пост русскому или человеку другой национальности – предпочтение должно отдаваться  «создателю государства» (как вариант – должна существовать система процентного представительства в соответствии с долей этноса в населении страны)
Миф о «русском государстве» безусловно, противоречил не только историческим фактам, но и принципам существования Российской империи, в которой отношение к гражданам определялось в зависимости от их лояльности и вероисповедания. Однако к 1950-м годам реальных воспоминаний о политической элите и аппарате управления Российской империи уже не осталось  и молодые чиновники, Да и интеллектуалы, воспринимали не веру внушавшиеся им в детском и подростковом возрасте тезисы второй половины 1930-х начала 1950-х годов, утверждавшей приоритет этнического русского фактора.
Миф о Сталине являлся  частью этатического в своей основе сознания русских националистов. Суть мифа: был великий вождь И. Сталин, который построил могущественное государство за исторически короткий промежуток времени, безгранично любил русский народ  боролся с евреями. Смысл мифа: подобный же лидер нужен СССР и в настоящее время.
Миф о Сталине возник в среде молодых аппаратчиков, пришедших в ЦК ВКП(б) – КПСС в конце 1940-х начале 1950-х годов (группа А. Шелепина и другие, о которых речь пойдет ниже). Они были обласканы И. Сталиным и сохранили к нему привязанность, несмотря на хрущевские разоблачения. Русских националистов, не прошедших школу партийно-государственного аппарата, - молодых гуманитариев середины 1950-х годов, «деревенщиков» в 1960-х – этим чиновникам пришлось еще достаточно долго убеждать в правильности мифа о Сталине. Если связанный с высшим эшелоном сталинской культурной элиты   И. Шевцов иллюстрирует миф о Сталине фигурой высокого государственного чиновника-отца, умершего, но завешавшего своей дочери бороться с абстракционистами и евреями, то очевидный антикоммунист В. Иванов низводит «кавказца» Сталина до роли грузинского проходимца, соблазняющего курортниц. Однако в течение второй половины 1950-х – начале 1980-х годов влияние мифа о Сталине все более усиливалось, и в итоге он практически вытеснил первоначально сильные у части русских националистов антисталинские настроения. В этом мифе И. Сталин как государственник смотрелся сильнее и выигрышнее, чем существовавшие руководители страны, а его замалчиваемые ЦК КПСС и Главлитом, то есть цензурой, «отдельные ошибки» выглядели ничтожными на фоне очевидных пороков брежневского правления.
(с) Н. Митрохин. Русская партия. Движение русских  националистов в 1953-1985г.