Краснодар

Жириновский: лжец с «другой позицией»



Седьмого ноября на российском телевидении вышла передача «Вечер с Владимиром Соловьевым», в которой обсуждали тему 99-летия годовщины Октябрьской социалистической революции. Антисоветизм преобладает на телевидении все последние двадцать лет, так что ожидать чего хорошего от таких передач в принципе не приходится. Но то, что вытворял Жириновский на передаче 7 ноября вызвало у меня чувство омерзения. Не потому что он – антисоветчик, а потому что количество лжи, извергаемой из пасти Вольфовича в единицу времени превзошло любой разумный предел.

Почти в самом начале передачи Вольфович, отвечая на выступление Зюганова, говорит, что у него по поводу революции «другая позиция». В чем она заключается?

Жириновский:
«Мы все и в нашей стране и во всем мире должны быть категорически против любых революций и войн. Если мы будем оправдывать революции, свержение незаконное ночью любой власти в любой точке планеты, то мы никогда не добьемся нормальной жизни на нашей планете».

Ай-ай-ай, Владимир Вольфович, вы же образованный человек, юрист. И вы никогда не слышали про право народа на восстание?

Заглянем в Википедию:

«Обоснование права на сопротивление угнетению берёт начало в античном праве на тираноубийство. Впервые право на сопротивление было письменно зафиксировано в Декларации независимости США 1776 г. В преамбуле этого документа указывается, что «[…] если какой-либо государственный строй нарушает эти права, то народ вправе изменить его или упразднить и установить новый строй, основанный на таких принципах и организующий управление в таких формах, которые должны наилучшим образом обеспечить безопасность и благоденствие народа. […] когда длинный ряд злоупотреблений и насилий […] обнаруживает стремление подчинить народ абсолютному деспотизму, то право и долг народа свергнуть такое правительство и создать новые гарантии обеспечения своей будущей безопасности»[2].
Статья 2 французской Декларации прав и свобод человека и гражданина 1789 года также указывает право на сопротивление угнетению в качестве одного из естественных и неотъемлемых прав человека, наряду со свободой, собственностью и безопасностью[3].
...
Принятая ООН в 1948 году Всеобщая декларация прав человека говорит в преамбуле:
«принимая во внимание, что необходимо, чтобы права человека охранялись властью закона в целях обеспечения того, чтобы человек не был вынужден прибегать, в качестве последнего средства, к восстанию против тирании и угнетения».
В большинстве современных демократических государств в конституциях провозглашается народный суверенитет, предполагающий, что единственным источником власти в государстве является народ и, следовательно, имеет право сопротивляться узурпации власти или её злоупотреблениям».

Как видим, международное право признает восстание естественной реакцией народа в ответ на угнетение. Обратите внимание, Жириновский говорит не о том, что плохо угнетать народ, и этим доводить его до восстания. Он говорит о недопустимости революции, т.е. естественной реакции людей на угнетение. Власть будет делать, что заблагорассудится, а, ты, смерд, даже пикнуть и не смей.

Разумеется, мы должны учитывать, что народное недовольство может быть направлено в разрушительное русло. США вполне успешно пользуются технологиями организации в стране «оранжевых революций». Никакой конспирологии в этом нет, методички Джина Шарпа о том, как это делается, давно лежат в открытом доступе. Но тогда давайте отделять: мухи отдельно, котлеты отдельно. Жириновский ведь не говорит о том, что есть «условно хорошие» народные  и «плохие» оранжевые революции. Он утверждает, что любая (!) революция недопустима, потому что разрушает нормальную жизнь.

Насчет «нормальной жизни», о которой так печется Владимир Вольфович. «Нормальность» предполагает наличие нормы, а норма не является чем-то застывшим. На протяжении человеческой истории норма менялась весьма значительно. Революции, в общем, и происходят тогда, когда представления о том, как правильно жить, у народного большинства и элитного меньшинства становятся слишком различными.

Жириновский поносит революцию. Понимает ли он что никакая элита свою власть без боя не сдает, и что без революции (т.е. борьбы народного большинства с тиранией меньшинства) прогресс человеческого общества невозможен. Человечесвто не продвинулось бы дальше рабовладельческого строя. Думаю, все это он прекрасно понимает, и вполне сознательно проталкивает примитивный концепт.

Жириновский:
«Российская империя в 1913 году имела самые лучшие показатели в Европе. Американский президент Тафт говорит: посмотрите, в России создано самое современное и передовое законодательство по социальному страхованию. Вклады населения росли. Население увеличивалось. Мы собирали пшеницы больше (на экспорт отправляли), чем Америка, Канада и Европа вместе взятые. Все показатели были лучшие в Европе».

Так сказал Жириновский, и, в сказанном нет ни слова правды. В статье «Октябрьская революция. Собрание мифов и заблуждений» я уже разбирал эти мифы. Среди европейских стран Российская Империя не была в лидерах ни по промышленному производству, ни по экономическому росту. Ее спокойно обгоняли Великобритания, Франция и Германия. Темпы роста промышленного производства за период 1900-1913 были достаточно скромными.

С другой стороны, царская Россия была одной из худших стран Европы по показателю образованности населения и по детской смертности. 40% детей не доживали до 5-летнего возраста. Этот чудовищный показатель, который зафиксировали не большевики, а царский же ученый Новосельцев в 1916 году. Он же фиксирует высокую смертность в юношеском и рабочем возрасте. Новосельцев пишет: "Российская смертность в общем типична для земледельческих и отсталых в санитарном, культурном и экономическом отношении стран".

Миф о том, что Россия производила больше пшеницы, чем Америка и Европа вместе взятые блестяще опроверг историк Игорь Пыхалов в статье "Кормила ли Россия пол-Европы?", цитирую:
«В 1913 году зарубежная Европа потребила 8336,8 млн. пудов пяти основных зерновых культур, из которых собственный сбор составил 6755,2 млн. пудов (81%), а чистый ввоз зерна — 1581,6 млн. пудов (19%), в том числе 6,3% — доля России. Другими словами, российский экспорт удовлетворял всего лишь примерно 1/16 потребностей зарубежной Европы в хлебе».

Не знаю, говорил ли что-то Тефт о социальном страховании в Российской Империи, а даже если говорил - почему его слова должны быть для нас авторитетом? Дело даже не в этом. Что хочет показать Жириновский? Что права рабочих были защищены? Утверждать это может либо дурак, либо лживый пропагандист.

Давайте заглянем в петицию рабочих и жителей Петербурга для подачи Николаю II – ту самую петицию, с которой в 1905 году более ста сорока тысяч человек шли к дворцу царя.

«Государь!
Мы, рабочие и жители города С.-Петербурга разных сословий, наши жены, и дети, и беспомощные старцы-родители, пришли к тебе, государь, искать правды и защиты. Мы обнищали, нас угнетают, обременяют непосильным трудом, над нами надругаются, в нас не признают людей, к нам относятся как к рабам, которые должны терпеть свою горькую участь и молчать. Мы и терпели, но нас толкают все дальше в омут нищеты, бесправия и невежества, нас душат деспотизм и произвол, и мы задыхаемся. Нет больше сил, государь. Настал предел терпению. Для нас пришел тот страшный момент, когда лучше смерть, чем продолжение невыносимых мук.
И вот мы бросили работу и заявили нашим хозяевам, что не начнем работать, пока они не исполнят наших требований. Мы не многого просили, мы желали только того, без чего не жизнь, а каторга, вечная мука. Первая наша просьба была, чтобы наши хозяева вместе с нами обсудили наши нужды. Но в этом нам отказали, – нам отказали в праве говорить о наших нуждах, что такого права за нами не признает закон. Незаконны также оказались наши просьбы: уменьшить число рабочих часов до 8 в день; устанавливать цену на нашу работу вместе с нами и с нашего согласия; рассматривать наши недоразумения с низшей администрацией заводов; увеличить чернорабочим и женщинам плату за их труд до 1 руб. в день; отменить сверхурочные работы; лечить нас внимательно и без оскорблений; устроить мастерские так, чтобы в них можно было работать, а не находить там смерть от страшных сквозняков, дождя и снега.
Все оказалось, по мнению наших хозяев и фабрично-заводской администрации, противозаконно, всякая наша просьба – преступление, а наше желание улучшить наше положение – дерзость, оскорбительная для них»...
Всякого из нас, кто осмелится поднять голос в защиту интересов рабочего класса и народа, бросают в тюрьму, отправляют в ссылку. Карают, как за преступление, за доброе сердце, за отзывчивую душу. Пожалеть забитого, бесправного, измученного человека – значит совершить тяжкое преступление.


Рабочие так и не дошли до дворца – толпу расстреляли по дороге. Вот такая правовая защищенность в царской России.

Жириновский:
«Для чего революция?
Мы бы в случае отсутствия революции (царь на своем месте) мы бы с Антантой (Британия и Франция) оккупировали бы Германию в 18 году, и никакого фашизма бы не было. Мы бы продолжили Столыпинские реформы, и нас к концу века было бы 400 миллионов самых культурных, сильных и развитых людей».


Особенно умилило про культурных и развитых людей. Владимир Вольфович, вы не в курсе, что по переписи населения лишь 20% людей в Российской Империи имели хотя бы 3 класса образования? Большинство жителей страны были отчуждены от русской и зарубежнной культуры. Они не имели книг и не умели их читать. У них не было возможности посещать театры и музеи. Царская Россия позволяла миллионам крестьян прозябать без культуры и просвещения. Шансы у неграмотного крестьянина выбиться в люди были практически нулевые. Не Столыпин или Николай II, а большевики подняли культуру и образование на щит.

По поводу Столыпинских реформ – они потерпели крах задолго до революции. Они и не могли быть успешными. Почему - это отдельная большая тема (этот вопрос подробно обсуждался в брянском дискуссионном клубе, могу порекомендовать видео с записью для тех, кого это вопрос интересует).

Тезисы о том, что население России должно было быть пол миллиарда человек к концу 20 века я разбирал в двух статьях: «Демографические прогнозы Менделеева» и «Снова о демографических прогнозах Менделеева». С тем же успехом Жириновский мог заявить о миллиарде русских или придумать любую другую цифру.

Что касается заявления, что если бы Россия на равных с другими странами Антанты ограбила Германию по результатам Первой Мировой войны, то в Германии не было бы фашизма – то здесь Вольфовича уже просто несет.

Жириновский:
«Одно могу сказать: о революции мечтают и хотят ее больные люди. Нормальные, здоровые, с семьей, на работе, он никогда не будет мечтать о революции».

Были, Владимир Вольфович, такие люди. Здоровые люди, с семьей, прекрасным образованием и работой - уходили с головой в революцию. Среди первой волны русских революционеров преобладала образованная интеллигенция, в том числе и дворяне. Дело ведь не в достатке зависит, а в нравственных и волевых качествах. В революцию уходили те, кто острее других чувствовал гнет и несправедливость, те, кто мечтал о лучшем будущем для своей страны и своего народа.

Достаток, семейный уют – это хорошо, но, как говорил Гамлет «Что человек, когда его желания еда да сон? Животное – не более».

* * *

Смотрите, сколько брехни наговорил Жириновский всего за несколько секунд своего выступления. Вольфович яростно топчется на истории своей страны, внушая молодежи, что делавшие революцию прадеды были ненормальными отморозками . Более того, этой же молодежи внушается мысль, что надо быть разобщенными овцами, которые думают только о своих мелких овечьих делах. Все это делается в эфире центрального телевизионного канала.

Мне кажется, есть тут еще одна неявная манипуляция.  Люди, которых не устраивает ярый антисоветизм Вольфовича будут охотнее прислушиваться к доводам его оппонентов. Подвох заключается в том, что оппоненты Жириновского в этой передаче такие же антисоветчики, только умеренные. Никто из них не говорит, что у революционеров была своя правда, эта позиция в дискуссии вообще не представлена.

Умеренные антисоветчики почти не препятствуют Жириновскму, когда тот топчется на истории. Они его слегка поправляют, а затем говорят о необходимости «примирении». Но это разговоры лукавые. «Примирение» всегда происходит в пику красным, за счет красных и с принуждением красных отказаться от своей исторической правды. "Примирение"  – это повесить доску Маннергейму и поставить памятник Колчаку, внести в школьные учебники как можно больше страшилок про репрессии и т.д. И чтобы люди с просоветскими взглядами видели это безобразие и молчали.

С такими вот "господами с другой позицией" я примиряться  не намерен. Совесть не позволит мне мириться с ложью или предать дело, ради которого жили и умирали русские революционеры.


Оригинал взят у burevestn1k