Краснодар

Две Испании и две России. Вопрос 1


Цикл статей «Лики примирения» в газете «Суть времени», за авторством Марии Рыжовой меня заставил задуматься на определенную тему. А так же примерить «испанский опыт» к российским историческим событиям как минувшего столетия, так и нынешнего времени.

Итак, два вопроса, к обсуждению которых, как мне показалось, очень настойчиво подталкивают прочитанные мной статьи, рассказывающие не столько о примирении, сколько и вправду о его «ликах». А именно, о попытках обеления испанской «Голубой дивизии» и всего, что с ней связано. Первый возникший вопрос касается самого «примирения», а второй касается исторического сравнения с ситуацией в России и актуальностью самой темы для нашей политической, идеологической, мировоззренческой действительности.

Вопрос первый. Действительно ли возможно примирение в Испании фалангистов и республиканцев? То есть, антифашистов «всех мастей» и фашистов «всех мастей». Говорю так расширительно, потому как идеологический спектр и тех и других в Испании действительно довольно большой.
Испанские антифашисты-республиканцы представлены от еврокоммунистов, социалистов и леволибералов, до троцкистов и анархистов. Испанские фашисты, политкорректно называемые «правыми и ультраправыми», идеологически и мировоззренчески более сплочены хотя-бы потому, что «внутренних течений» в данной группе гораздо меньше. Разногласия между ними зачастую сводятся к методам избавления от антифашистов и «красной угрозы». Такое «умалчание о будущем» сегодняшние испанские правые унаследовали от самого Франко, чья пропаганда делала упор «в защиту гонимой Церкви» и против «коммунистической заразы». В то время как антифашистов, помимо угрозы наличия франкистов, очень сильно беспокоили (и беспокоят по сей день) вопросы курса страны, справедливости бытия, вопросы «свободы равенства братства» и так далее. То есть, вопросы будущего их и человечества вообще.

Получается, что антифашистов «всех мастей» беспокоит не столько собственная власть, сколько обретение ее для воплощения некого образа будущего Испании, об устройстве которого они сообща готовы яростно дискутировать по поводу того, какой будет государственный строй, основной набор ценностей, отношение к собственности и так далее. Франкисты по большому счету способны предложить лишь ненависть к красным и чистки антифашистов «всех мастей», чем, собственно, режим Франко и занимался. В других же вопросах их интересует прежде всего собственное господство, а также политически, идеологически закрепленное неравенство одних по отношению к другим.

Исходя из сказанного выше, можно предположить, что некое примирение возможно только в том случае, если «у руля» будут находиться антифашисты. Попросту потому, что им это примирение нужно даже в ущерб «собственной песне» ради возможности построения будущего и движения по пути развития, а не по пути «чисток» и вечной кровавой междоусобицы.
В подтверждение этому, так называемые «левые», находящиеся сегодня в большинстве испанского политического истеблишмента, который год заняты именно этим самым «примирением». При них, открываются музеи «Голубой дивизии», проводятся мероприятия, обозначаемые как «дань памяти», остаются «на плаву», то есть, внутри политической элиты, «духовные» наследники Франко и самих идей нацизма и фашизма. Франкисты этим «примирением» пользуются, так сказать, на твердую пятерку.

Однако, они не пытаются примириться, а жаждут взять реванш под видом примирения, используя методы ведения информационно-психологической войны. Называя бойцов «Голубой дивизии» героями и «бесстрашными рукопашниками», умалчивая их кровавые преступления, подменяя эти преступления свидетельствами о якобы их «благочинном поведении» на вверенных «Голубой дивизии» территориях… В то время как немецкие рапорты тех лет содержат свидетельства об обратном... Пытаясь скрыть факт дявяностопроцентной идеологической фашистской и, соответственно, антикоммунистической накаленной идейности и самой добровольности набора в «Голубую дивизию» и так далее.
В связи с этим, гипотезу о возможном примирении под руководством антифашистких сил, к сожалению, можно выдвинуть только взяв в кавычки сам этот термин, «примирение». Скорее это должно быть многолетнее идеологическое, политическое и мировоззренческое "принуждение к миру». И только в крайних случаях - увы физическое. Потому как нельзя примирить идеи, где с одной стороны центральным лозунгом являются слова
Да здравствует смерть, и да погибнет разум! (Viva la muerte, у muera la inteligencia!),
а с другой
Только при коммунизме мир и свобода! (Nel solo comunismo pace libertà!).
Эти две идеи крайне антагонистичны, максимально враждебны, предельно противоположны друг другу. Это вечные враги. И конечно же, обе они метафизичны, где идеи фалангистов представлены черной метафизикой - волей к утверждению смерти. А идеи их противников – красной метафизикой - волей жизнеутверждающей.

О том, чем испанский опыт
«примирения» важен для нас, в следущем посте.


promo arhiseva august 18, 2015 10:16 53
Buy for 150 tokens
Что такое аполитичность? Вроде как все знают. Это такой вид взгляда на окружающий мир, когда ничто не должно беспокоить и не смотря ни на что, нужно наслаждаться жизнью... Почему ничто не должно беспокоить? Чтобы не встревожиться чем-то? На что именно запрещено смотреть ? На чужое горе или…